" Вирус". Почти нефантастическая история. Ироническая фантастика, юмор в фантастике, фантастика и юмор, произведения на стыке жанров.

Детектив Фантастика Поэзия Юмор на сайте  L-Книга

| На главную | Детективы | Фантастика | Поэзия | Юмор | Публицистика | Авторская песня | Любопытные факты | Заметки |

Все права защищены законом РФ "Об авторских и смежных правах".

             http://latuk.narod.ru/

Николай Латушкин

В И Р У С

Почти нефантастическая история

 

Уважаемый товарищ Министр здравоохранения!

В то время,  как внимание мировой общественности  нап­равлено на  проблему  борьбы с "чумой ХХ века" - СПИДом,  я более обеспокоен другой,  не менее страшной  опасностью,  о которой хочу поведать вам.  Впрочем,  все по порядку.  Я по профессии журналист. Вы, наверное, помните серию нашумевших статей в  одной из газет об "Н - ском треугольнике",  начи­ненном пришельцами,  летающими тарелками и прочей нечистью? Наша газета,  обеспокоенная нездоровым интересом обществен­ности к этому феномену, решила с принципиальных позиций по­дойти к подобным сенсациям, аргументированно доказав, что в "треугольнике" нет и не было никаких аномалий,  кроме басен предприимчивых   кооператоров  и  обнаглевших  журналистов, извлекающих из "треугольника" нетрудовые доходы.

Вот так  по  заданию  редакции  я оказался в "Н - ском треугольнике" и начал собирать интересующий нас материал. Я не стану утомительно долго рассказывать о том,  как я сидел в засадах,  брал интервью,  подслушивал,  подсматривал,  не спал ночами,  пытаясь  обнаружить  признаки посещения Земли инопланетными существами.  Все было безрезультатно, в отли­чие от моих коллег,  которые регулярно каждую ночь выходили на контакт с внеземными цивилизациями и немедленно сообщали об этом в свои издания.

Но вот, когда я окончательно убедился в правильности  вер­сии нашего  редактора  о дезинформации доверчивых читателей нечистоплотными журналистами и примелькался  в  округе  настолько, что  малолетки  из  соседней деревни пустили слух, что я  и есть самый настоящий пришелец, замаскированный под журналиста, и  стали  брать  деньги  с  доверчивых туристов за встречу со мной, произошел  случай, который изменил мно­гое в моей судьбе, и не только в моей.

Был жаркий день,  и тень деревьев той  глуши,  куда  я забрался в поисках истины, ничуть не спасала от жары. Изму­ченный жаждой,  я потянулся за фляжкой,  висевшей на поясе, но, увы,  она  исчезла,  и мне ничего не оставалось сделать, как вернуться по своим следам, чтобы отыскать потерю. Я долго шел  среди деревьев, и по времени давно должен был выйти к лаге­рю, и, наконец, понял, что заблудился.

Вокруг меня  шумел лес чужой и незнакомый. В расте­рянности я присел на подвернувшийся пенек  и  тут - под нога­ми - вдруг увидел свою фляжку. Не помню, как  сделал из нее глоток, но хорошо помню,  как закружилась  у  меня  голова, поплыла куда-то, будто от тела оторвалась, и показалось мне явственно, что я себя сверху вижу.  Вспомнил я рассказы бы­валых людей про смерть и испугался:  а не душа ли моя отле­тела?

И тут  вдруг между деревьев туман заклубился,  поплыл ко мне, и из него существо  выбралось. Довольно  противное, надо сказать. Голова огромная, лысая,  приплюснутая,  будто по ней  гидравлическим  прессом  прошлись,  глаза - наглые, холодные, как у лягушки. И заговорило человеческим голосом.

"Правды, -  говорит,  - желаешь,  гражданин Самолетов? Что же,  получи свою правду. Но не пожалей потом. Да фляжку опять не потеряй.  Ой, как я тебе сочувствую, земляк. Изви­ни, я хотел сказать,  землянин.  А обратно  в  эту  сторону иди - к палатке своей и выйдешь."

И пока я рот открывал,  чтобы спросить, кто он и отку­да, из какого созвездия,  и что от нас хочет,  существо ис­чезло. И туман рассеялся.

А я  фляжку  свою допил. Жажда очень мучила. Не  понял сразу в чем дело.  Да и кто на моем месте догадался  бы?  И пошел в указанном направлении.  Так рассудил:  если мне это от жары привиделось,  так мне терять нечего - все равно до­рогу не знаю: без разницы, где плутать; а нет - так двойная польза: и выберусь, и уверен буду, что пришельцы в аномаль­ной зоне есть.

И что вы думаете?  Двинулся я в том направлении,  куда лысый показал,  и вышел к лагерю,  аккурат к своей палатке. Вот такая история. А выводы сами делайте.

Вернулся в  редакцию и докладываю:  "Задание выполнил. Пришельцы в "треугольнике" есть, сам видел." Впервые в жиз­ни случилось, что наперекор начальству материал даю: всегда делал, что указывали.  А редактор:  "Как же выполнил,  если твое задание  -  доказать, что аномалия - вымысел?" "Против правды пойти не могу!" - отвечаю. А редактор: "Не нужна на­роду такая правда!  Хватит дурманить головы и отвлекать лю­дей от трудовых свершений и даже подвигов!" И тут меня  по­несло. Гневом  благородным  дышу, кричу:  "Откуда вам изве­стно, какая народу правда нужна? Ложь писать  не  стану,  и вам не позволю на подтасовке фактов карьеру делать!" Совсем забыл, что  очередь на квартиру подходит.  И еще что-нибудь сказал бы, да хорошо не знал ничего:  новенький редактор-то был у нас, только назначенный, а то бы я и остальную правду выложил.

Но и этого хватило.  Он на мою правду свою правду  на­шел. Но может и подсказал кто. И уволили меня по сокращению штатов.

Когда я  с  трудовой книжкой домой вернулся,  мне жена прямо сказала:  "Ты о детях и обо мне подумал,  когда  свою правду говорил?  Вчетвером  в  одной  комнатушке  плюс твоя правда... Не тесно? Хватит! Уезжаю к маме!  А ты  оставайся со своей  Правдой,  как  Нагульнов с Мировой Революцией." И уехала. Забрала детей и уехала.

Но, уважаемый товарищ Министр здравоохранения, я и тут еще ничего не понял. Первые подозрения возникли у меня воз­ле пивного  ларька,  мимо  которого  проходит наикратчайший путь от автобусной остановки к моему дому.  Я  уже  привык, что здесь нельзя пройти мимо, не пообщавшись с людьми, и не удивился, когда очередной небритый тип обратился  с  наглым вымогательством. "Дай,  -  сказал  он,  проявив необычайную эрудицию, - морда интеллигентская, сорок копеек. Не видишь, человек умирает!   А  то  расскажу  закон  соударения  двух тел..." Конечно,  я ему сразу поверил,  что  закон  этот он знает, но что-то со мной случилось:  вместо того, чтобы применить,  как обычно,  обманный маневр - в карманах порыться, руками  развести и ответить:  "Извините,  кошелек дома оставил...  Может талонами на автобус возьмете?" - от­вечаю вдруг,  что раньше только мысленно вслед думал: "А не пошел бы ты, пьяная рожа..."

Когда я  очнулся  и  услышал над собой жужжание мух и увидел прохожих,  утешающих пьяного гражданина,  я,  наконец, понял, что со мной происходит неладное. Может от сотрясения факты сопоставились,  может озарение нашло,  но зажал я рот рукой, чтобы еще чего не брякнуть, и отправился домой, хотя слова так и рвались наружу.

Сел на  диван,  размышляю.  Психологию припомнил,  что изучал когда-то.  Дедуктивный метод... Индуктивный метод... И что-то проявляться стало,  как на фотопластинке. Вспомни­лась наглая  лысая  физиономия,  что  из  тумана  возникла. "Правды, - говорит,  - желаешь?  Что ж, получи свою правду, бедолага. Да не пожалей потом." Тут и разговор с редактором припомнился и ссора с женой.  Да и челюсть еще слегка поба­ливала. Кто меня за язык с этой правдой все время  тянет? И осенило меня:  это  болезнь какая-то неизвестная.  Подсунул инопланетянин воду отравленную, тип зловредный.

Можете ли вы, уважаемый товарищ  Министр здравоохране­ния, представить мое состояние? Что делать? Кому на болезнь пожаловаться? Врачу?  Какому?  Участковому? Он же все равно ничего не скажет,  потому что кроме  ОРЗ  и  "биллютеня  не дам" ничего не знает!

Моя жизнь превратилась в ад.  Как общаться  с  людьми, если я  только  рот  открою - так сразу всю правду в глаза? Вот, к примеру: только меня жена покинула -  соседка  на чай пригласила...  Ну не дурак же я - какой чай в  половине две­надцатого ночи? Посмотрел тут я на нее не как на соседку, а как на потенциальную партнершу,  и так мне дурно стало, что всю правду про свое состояние я ей и  высказал.  Теперь  на коврик у моей квартиры ее собака постоянно мочится. Даже не знаю, связывать ли эти события вместе.

В магазин зайду - правду кричу: "Эй, мафия, выкладывай на прилавок,  что припрятала!"  Народ  от  меня  шарахаться стал, как от прокаженного:  я ведь что увижу - сразу правду в лоб. Плакат увижу "Слава ВЦСПС!" - спрашиваю: "А кто пове­сил?" Ответа,  конечно,  не дают,  но смотрят сочувственно. Машину сосед продал,  кричу на весь  подъезд:  "За  сколько продал, спекулянт?"  Знакомый мебель приобрел - в мебельный бегу к директору,  вопрошаю:  "Откуда у него стенка? В сво­бодной продаже не было, а на работе ему не выделяли - я вы­яснил. Выведу вас всех на чистую воду и кусок черного  хле­ба!" Банку  из-под черной икры на улице подопну - и во весь голос: "В какой это квартире нечестные люди живут?"

Всего неделю выдержал я пытку такую. К счастью, вспом­нил: есть у меня знакомый,  который новые лекарства на  жи­вотных испытывает.  Пришел к нему в лабораторию и все  рас­сказал. Посмеялся он,  конечно,  но кровь на  анализ  взял. "Посмотрим, -  говорит,  -  что за болезнь у тебя неизвест­ная."

Через несколько дней захожу узнать о результатах, а он мне с порога: "Александр Степаныч, объясни, почему над нами неучи сидят и дело делать мешают? Моему начальнику что лей­коцит, что дефицит - все едино,  только второе  понятнее  и ближе, а руководит.  У него стиль своеобразный и память хо­рошая: вызовет, поинтересуется, как дела идут, а назавтра ­“дзиньк” по  телефону - зайдите ко мне в кабинет.  И указания дает: слово в слово, что я ему вчера о перспективах рассказывал".

Смотрю я на приятеля и не узнаю.  Тихоня... всегда его хата с краю - и такие речи! И тут меня осенило, товарищ Ми­нистр здравоохранения.  Так это же моя  болезнь!  Заразная, значит! Испугался я за него: не приспособленный он к драке. А он:  "Умру за правду! Таким не место в науке! Завтра соб­рание, все  скажу,  что  думаю.  Пусть  идет на лесоповал дрова пилить - ­пользы  будет больше!"

"Как анализы мои?" - спрашиваю. - "Пойдем, покажу." Под­ходим к вольеру с собаками.  Все дворняжки: разношерстные и разномастные. И черные,  и рыжие,  и белые,  и желтые,  и с раскосыми глазами и с прямыми. Шум стоит, лай! Три собачки, маленькие такие,  в большую вцепились,  кусают ее и слева и справа, и в хвост и в шею. В правом углу еще одна свара. Ос­тановятся на мгновение,  гавкнут что-то друг другу, и снова в драку. Кто кого треплет - не разберешь. Только шерсть ле­тит да вой стоит.

"Вот, полюбуйся,  - приятель мне говорит.  - Ввел я им вытяжку из твоей крови.  Посмотри,  что получилось. Смирные были собачки,  ласковые, дружные, умницы. И служили, и лапу подавали, и "апорт" понимали. Теперь никто подойти не сме­ет: загрызут." "А анализ крови?  - спрашиваю. "Показал при­сутствие какого-то вируса - обнаружены антитела.  Но что за вирус, пока сказать трудно.  Будем определять,  но это про­цесс длительный."

Отправился я домой и стал размышлять.  Что я  имел  на тот момент  в смысле информации?  Только то,  что это - бо­лезнь, и болезнь заразная.  А,  может быть,  и смертельная, потому что неизвестно, каково ее течение. Вдруг ее логичес­ким завершением является летальный исход? Закрылся я в сво­ей холостяцкой квартире и стал ждать. Не летального исхода, конечно, а уточненного анализа крови.

Жду день,  другой,  неделю, две... Консервами питаюсь, из дома никуда не выхожу  -  боюсь  окружающих  заразить  и вдруг понимаю:  поздно! Вирус мой уже вырвался из моего ор­ганизма и по стране гуляет.  Радио включаю - диктор, захле­бываясь от восторга, вещает: "Собрали... тысяч  тонн овощей сверх плана.  Какая прибавка к нашему столу!" И вдруг - че­рез паузу - грустно так: "Собрать собрали, теперь сохранить бы..." Газету открываю:  что-то не то... Раньше писали "со­ветское -  значит отличное",  а теперь "не идет в сравнение даже с развивающимися странами".  Про "девятьсот  тринадца­тый" и не вспоминают,  а "этап развитого социализма", в ко­торый мы недавно вступили,  обзывают то "поздним  феодализ­мом", то  "недоразвитым  тоталитаризмом".  И ничего!  Никто никого к ответу не призывает!  Хуже того, некоторые спраши­вают, как это капиталисты пришли к своему "светлому будуще­му" без НЭПа,  коллективизации,  индустриализации и поисков "врагов народа"? А другие кощунствуют: висел де лозунг "ком­мунизм есть советская власть плюс электрификация всей стра­ны". Вроде, мол, и электричество есть и власть советская, а коммунизм-то где?  Может одно из слагаемых не то? А телеви­дение? Включаю - писатель говорит.  " Мы,  - говорит, - вас столько лет обманывали,  но я вам теперь правду скажу:  нет никакого "социалистического  реализма" как метода!  Все это выдумка чистейшей воды".  Так что же,  всего, что я в школе по литературе изучал - выходит нет? Как дальше-то жить после этого, уважаемый товарищ Министр здравоохранения?

Или вот,  к примеру, мы столько этих писателей заклей­мили и за границу выслали,  как отщепенцев и очернителей, а теперь нам говорят,  что это неправда, а правда то, что они большие совестливые борцы за права человека и его  внутрен­нюю и  внешнюю свободу, и посмертное достояние нашей культу­ры, а некоторые даже прижизненное,  несмотря на  возражения некоторых ответственных товарищей.

Мне страшно,  уважаемый товарищ Министр  здравоохране­ния, потому что я понимаю:  вирус, вырвавшийся из моего ор­ганизма ,грозит эпидемией или даже пандемией. Вы посмотрите, что происходит?  Предлагают  выбрать куда-нибудь уважаемого человека, директора завода, а народ не желает. Народ встает и говорит, как есть - что думает. И про квартиру, и про ма­шину, и про заграницу.  До чего мы докатимся,  товарищ  Ми­нистр здравоохранения, если каждый из нас станет правду го­ворить и ничего кроме правды?

Нам  и  раньше  правды  хватало.  Зайдешь,  бывало,  в общественный транспорт, если сможешь, конечно, и соседу всю правду - в глаза:  "Не толкайтесь,  товарищ!" А он в ответ: Не нравится - в такси езди". И весь день можно было  правду эту  обсуждать.  И по подписке  правду  получали:  кто пио­нерскую, кто комсомольскую, кто обыкновенную - у кого какая разнарядка была.  А свою правду каждый при себе держал и на каждом углу не высказывал.  Мне  страшно,  товарищ  Министр здравоохранения! Страшно  -  а вдруг кто-нибудь крикнет еще одну правду:  неправда,  мол,  это все, товарищи, а вот она какая настоящая правда!

Одно радует - не на всех этот  вирус  действует!  Есть среди нас люди, обладающие стойким врожденным иммунитетом к этой неземной  заразе. Смотришь на них - и сердце радуется: не все  еще потеряно!

Уважаемый товарищ Министр здравоохранения!  Пора осоз­нать реальность угрозы здоровью нации!  Изыскать средства и разработать программу  борьбы  с  истинной "чумой ХХ века". Опасность повсеместного распространения вируса архиреальна! В борьбе с ним нам предстоит опереться на здоровый слой общества - людей, обладающих иммунитетом к вирусу. Мы станем исполь­зовать их, как доноров, вливая здоровую кровь заболевшим. Не­обходимо срочно разработать  вакцину  и  провести  всеобщую вакцинацию человечества ,

потому что судя по событиям в Вос­точной Европе, вирус не признает границ, хотя  в  некоторой степени любопытно,  как он будет действовать  на  население развитых капиталистических стран.

Вирус СПИДа  по  сравнению с моим представляет гораздо меньшую опасность, потому что от моего вируса не защитит ни презерватив, ни  одноразовый  шприц:  он  успешно передается воздушно-капельным путем  при  обычном  разговоре.  Половой путь, хотя и маловероятен,  но в принципе возможен тоже. Но страшнее всего, что печатное слово,  и радио, и телевидение тиражируют его в миллионах экземпляров, и нет от этого спа­сения, кроме одного: я думаю, может те люди, что обладают к вирусу иммунитетом,  газеты не читают? И телевизор не смот­рят? И репродуктор отключают? Так не начать ли нам с этого, уважаемый товарищ  Министр  здравоохранения?  Еще кто-то из великих врачевателей изрек,  что "болезнь  легче  предупре­дить, чем лечить".         Не упустите время, уважаемый товарищ Министр здравоох­ранения!

                                        С искренним беспокойством  А.Самолетов.

P.S. Мой обратный адрес - на конверте.

                                                            * * *

 

На N 297/361                           Министерство  здравоохранения

                                                Министру

На ваш запрос  сообщаю,  что больной А.С.Самолетов по­ступил  в клинику  с тяжелой формой параноидального бреда на фоне личной  драмы - потеря работы  и уход жены.  Прове­денный курс лечения положительных результатов не дал, в чем вы могли убедиться, прочитав его письмо, по недосмотру нами пропущенное.

Уважаемый товарищ Министр здравоохранения!  Я прорабо­тал в больнице долгий срок,  у меня на носу пенсия, поэтому, пользуясь случаем, я хочу  задать  вам  несколько вопросов,  не опасаясь за их последствия. Объясните, почему  у нас столь бедственное по­ложение с   лекарственными  препаратами,  с  оборудованием, количеством медперсонала и его квалификацией?  Об одноразо­вых шприцах  и  бесправном  положении пациентов я просто не говорю. А здания наших больниц, нуждающиеся  в  капитальном ремонте, на который постоянно нет  денег... Как  долго  это будет продолжаться? Нам никогда  не  предоставлялась стати­стика... Почитайте газеты: средняя  продолжительность жизни в нашей стране даже по сравнению с развивающимися  странами оставляет желать лучшего... Не пора ли, наконец,  сказать на­роду правду, что наше Министерство здравоохранения  следует попросту  переименовать  в  министерство здравозахоронения, если все останется по-прежнему?  Отдайте народу деньги, ко­торые у него забирает государство, и пусть он сам платит за свое лечение! Верните народу то, что принадлежит  ему!  Вся власть советам! Земля  -  крестьянам!  Фабрики  -  рабочим! Мир - народам!

 

Главный врач 7-й психиатрической больницы

 г.Макарьевска  К.Т.Ребров,

 25 декабря 1989 г.

 

Все права защищены законом РФ "Об авторских и смежных правах".

             http://latuk.narod.ru/

 

                                        РЕМАРКА АВТОРА

Самое смешное в этой  выдуманной истории то, что она как бы повторила реальность: в 2014 году мне в Интернете  мне попалась статья «Зачем большевики изучали оккультизм» (Сетевое издание М24.ru     http://www.m24.ru/articles/45586), где тоже говорилось о переливании крови, как методе: "При непосредственном участии наркомпроса Луначарского, а также видных членов партии Бухарина и Красина, еще в 20-х годах создается первый в мире институт переливания крови. Его возглавляет большевистский мистик Александр Богданов. В своей лаборатории Богданов проводит опыты по созданию эликсира молодости и мечтает о мировой революции. Он верит, что именно кровь, а не гены, - носитель наследственности, и если обычному человеку перелить кровь настоящего революционера, то тот им станет. Об этом рассказывает историк Андрей Синельников: "Богданов говорил, что славяне и немцы - арийцы, выходцы из Гипербореи, что в наших жилах течет голубая кровь, которая несет в себе некие гены свободы, революции. И вот эту голубую кровь путем переливания должны вливать всем для зарождения международной революции". Самые опасные опыты Богданов проводит над самим собой. 7 апреля 1928 года в результате неудачного эксперимента по переливанию крови он скончается."

 


Можно

  послать автору виртуальную благодарность

или

   выразить неудовольствие

 

  Полное содержание сайта L-Книга

Ссылка на первоисточник при виртуальной перепечатке в Интернете обязательна.

В отношении физических  (бумажных, CD, DVD и другое)  носителей: произведения, кроме особо оговоренных, находятся по защитой Закона  РФ об авторских и смежных правах.  Перепечатка с согласия автора.

Детектив, остросюжетная повесть, фантастика, фантасмагория, почти нефантастические истории, юмор, юмор в фантастике, ироническая фантастика,  дайджест,  очепятки-опечатки, бестолковый словарь, фразы-афоризмы, анекдоты с авторством,  поэзия: лирические стихи юности, ироническая поэзия, авторская песня на стихи известных поэтов,  ироническая публицистика,  иронические заметки, невероять, назидательные истории, юмористические рассказы.  притчи, заметки, мысли, зарисовки.

 Николай Латушкин

2002-2014